ЧВС...

Nov. 3rd, 2010 02:17 pm
chukchi_reader: (Default)

Так хорошо написала Ирина [livejournal.com profile] yasina 

"Очень-очень жалко ЧВС. Такой человек: тёплый, настоящий, "я люблю жизнь и жить люблю!" Как говорится, его экономическое образование стало самым дорогим в мире. Но на самом деле он учился быстро. Сравните со старшим Рыжковым...
А я вспоминаю свою первую встречу с ним: папин юбилей, 60 лет, 1994 год. Справляем в Волынском, где писались многие экономические программы. Первый тост говорил не ЧВС, а дядя Володя Стефанюк, папин одноклассник в послевоенное Одессе. ЧВС сидит рядом со мной. Расспрашивает подробности: в каком возрасте вернулись из эвакуации, где жили "на востоке", много ли друзей детства осталось. "Помогает" 5-летней Варьке собрать бумажные белые чехольчики с ручек жульенниц. Ребёнок воодушевлён помощью, ЧВС подбадривает её. Потом, когда у меня на пол падает салфетка, наклоняется, лезет под стол и поднимает её.
Это всё такая ерунда... Но так много говорит о человеке. Представляете Путина, самого поднимающего упавшую салфетку? Я - нет.
Серьёзных воспоминаний тоже много. Но о них позже...
Жену пережил всего на полгода. Очень её любил. Не смог один.
Вечная память"

И из комментов там:
Да, это был человек. "Не то, что нынешнее племя".
А про Путина где-то у Шендеровича есть, как в Кремле на вручении чего-то девушка грохнулась в обморок: "Ни единый мускул не выдал в Путине мужчину".

Оля Ильницкая уже в Украине с ним тоже сидела за одним столом. Светлая память. "При нас, конечно, был пиздец, но ведь была и надежда. А при этих просто какой-то безнадежный пиздец".


chukchi_reader: (Default)
Пишет [info]clear_text :

О, мощный властелин судьбы!
Не так ли ты над самой бездной,
На высоте, уздой железной
Россию поднял на дыбы?


После Петра наша страна лет сорок зализывала раны, переживала разорение, перевороты, расколы и неустройства.
Петра всенародно проклинали как антихриста.
Первый памятник Петру Великому поставила Великая Екатерина, истинная продолжательница его дела, через полвека после его смерти.
А Пушкин написал Медного Всадника и вовсе через столетие.
Хотя Петра поругивали и Карамзин, и славянофилы.
Хотя это было совсем смешно и глупо.
Потому что они уже давно жили в петровской России.
Никуда не денешься.

И мы никуда не денемся.


ЕГОР ТИМУРОВИЧ ГАЙДАР
19.03.1956 — 16.12.2009

+

Dec. 16th, 2009 01:25 pm
chukchi_reader: (Resurrexit)


Стойкий оловянный солдатик... До конца.

Последнее интервью в "Азбуке перемен" Ирины Ясиной. Вчера.

chukchi_reader: (Default)


"Два года назад, 23апреля 2007 года, умер Борис Николаевич Ельцин. Кто бы как к нему ни относился и каких бы ошибок он ни наделал, он был великим человеком, которому досталась тяжелейшая эпоха расплаты за потерянный коммунизмом 20 век. Осуждающие БН не понимают, что он обречен был делать нейрохирургическую операцию в отсутствие элементарного скальпеля. Его ошибки ни в какое сравнение не идут с тем, какие пропасти нам грозили. И если мы сейчас не в пропасти, а всего лишь в овраге, и не во всеобщей крови, а всего лишь в скользкой глине - его заслуга.
Упокой, Господи, душу раба твоего - с миром."
Александр[info]arkhangelsky

 

Из подборки памяти БН в ЕЖ, апрель-2007:

Виктор Шендерович:
«Когда человек умирает, изменяются его портреты…»
Смерть Ельцина со всей несомненностью обнажила человеческую подкладку в его отношениях с Россией. Это ведь были полноценные личные отношения: счастье и драма, любовь и разочарование…

Он был русский – в его случае это действительно многое объясняет. Голсуорси тут нечего делать. Это был персонаж Островского и Лескова, с Салтыковым-Щедриным и не без Достоевского: крупный, неподдельный, выламывающийся из рамок, неподвластный простым описаниям. Все, что он делал, он делал сам: и его победы, и его катастрофы были собственноручными и, подстать личности, – огромными.

В нем, по Бабелю, квартировала совесть. Хотя, может быть, и не была ответственным квартиросъемщиком… Но когда он извинялся, уходя, он делал это искренне, и в последние годы, по многим свидетельствам, тяжело переживал происходящее в России, несомненно чувствуя свою вину за многое.

К рубежу веков череда политических провалов сделала его «хромой уткой»; только ленивый прилюдно не оскорблял Бориса Николаевича; при его характере – можно себе представить, чего ему это стоило, но ходивших с плакатами «Ельцин - иуда» не бил ОМОН, финансировавшие Примакова не сидели в тюрьме и парламент был местом для дискуссий и даже процедуры импичмента…
Сегодня нам есть с чем сравнить, чтобы оценить масштаб личности.

Первые «демократические» годы Ельцина – легенда! Девяносто процентов поддержки нашему нынешнему так и не смогли надуть системой «ГАС-Выборы» - Ельцин набрал их в девяностом году на самом деле. При тотальном противодействии Кремля, при «черном пиаре», жалком по сегодняшним подлым временам, но тогда, по новизне, поразившем россиян…

Это побеждал не он – побеждало новое время. Страна, разбуженная Горбачевым, распрямлялась и начинала дышать полной грудью… И лучшие дни и часы Ельцина – дни и часы, когда он дышал в такт с Россией. По всем законам творчества, политический талант выносил Бориса Николаевича в такие дали, куда он сам и не думал заходить. У него хватало чутья доверять этой волне, расти и соответствовать времени…

chukchi_reader: (Resurrexit)

Памяти Натальи Леонидовны Трауберг

1 апреля закончила свой земной путь Наталья Леонидовна Трауберг. Замечательный литератор, переводчик, человек всецело поглощенный христианской верой. Она принадлежала к московской христианской культурной элите, к людям уровня С. С. Аверинцева, о. Александра Меня, о. Георгия Чистякова, — это из тех, кого знают все.

Между прочим, я был очень удивлен, кода недавно узнал, что с о. Георгием она познакомилась лишь в начале 90-х.  Они, естественно, сразу же подружились. В советское время близкие по духу люди пересекались не всегда, сейчас — другое дело.

Мы с женой познакомились с Натальей Леонидовной, тогда Наташей, в конце 60-х, естественно, у о. Александра Меня. Это была красивая женщина, очень общительная, говорившая тоненьким тихим голосом, очень умно и гладко, как по писаному. Мои дочки одну из своих самых лучших кукол импортного происхождения так и назвали Наташей Трауберг. Кукла тоже была брюнеткой с голубыми глазами и, действительно, была чем-то похожа на Наташу.

И вот вскоре стали появляться, в самиздате, конечно, замечательные переводы удивительных авторов: Льюиса, Честертона, Вудхауза. «Хроники Нарнии», «Письма баламута», «Просто христианство», «Вечный человек» и многое другое. Они были  органичным и, казалось, естественным литературным богословским дополнением к книгам о. Александра Меня, вводившим нас в понимание Библии. Без этих переводов очень многое внутри нас складывалось бы не так. В значительной мере благодаря этим авторам, открытым для нас Натальей Леонидовной, мы усваивали тогда именно «просто христианство», без всякого приспособления его к национальным и политическим целям.

Поражала трудоспособность и мужество Наташи перед лицом личной неустроенности и сложности жизни ее многочисленной и непростой семьи. Так, чтобы работать несколько часов в день без помех, она вставала в 4–5 утра. Она была человеком, страстно отстаивающим мир во всех правлениях, комитетах и прочих формальных и неформальных структурах, в которые ее вовлекали.

Не сомневаюсь, что о Наталье Леонидовне будут писать не только некрологи и статьи, но и книги, потому что без ее переводов, ее книг, ее участия в жизни Церкви и общества, без нее самой интеллектуальная и духовная жизнь значительной части нашего российского общества была бы совсем другой, беднее и мельче. Она была очень значительным человеком нашего времени. Вечная ей память и благодарность.


Прот. Александр Борисов.
3 апреля 2009 г.

chukchi_reader: (Resurrexit)


Наталья Леонидовна Трауберг
1928—2009

 
chukchi_reader: (Default)
Не столько даже за содержание, сколько за сам факт и за тон этого высказывания.



Матвей Ганапольский
: Потеря

05.12.2008 | 18:08

Я осмеливаюсь сказать слова об ушедшем Патриархе только потому, что понимаю – для этого случая не подходит известный принцип – либо хорошо, либо ничего. Нужно найти какие-то другие слова.
Он еще при жизни принадлежал двум мирам – нашему и тому непостижимому, в который можно только верить.
Нести бремя близости к Богу – это страшный груз, полный самоограничений и ответственности.
Быть Патриархом в стране, где бывшие коммунисты вдруг побежали креститься, а Патриарха заставляют сидеть на новопартийных заседаниях, непросто.
Для нас есть большое искушение, видя вокруг него шастающих временщиков-циников, перенести все это на него.
Но приписать ему подобное будет не оскорблением не лично его, а оскорблением Творца.
Лично я всегда чувствовал внутреннюю силу ушедшего Патриарха. Согласитесь, что и вы, наверное, понимали, что он необычный человек. Возможно, вы чувствовали, что если что-то случится, именно он и церковь будут последним островком защиты.

Мы знаем, сколько важного сделал Алексий для института самой церкви.
Но как мало мы знаем о нем.
Разве известно, на какие безумные шаги пошла бы власть в том или ином случае, если бы не знала, что он будет против.
Разве мы понимаем, как сложилась бы судьба страны, если бы он не возносил за нее молитвы.
Воспринимать Патриарха только как чиновника – величайшая нравственная ошибка. Давайте ее не совершать.
Я склоняю голову перед Алексием, которого лично не знал.
Но он, также лично не зная меня, сыграл важную роль в моей жизни.
Он был объектом моего доверия.
А кому еще доверять?
Сейчас вся государственная свора начнет суетиться, чтобы подсунуть церкви нового, удобного для власти. Патриарха.
Бесполезно.
Удобного Патриарха не бывает.
Как не бывает удобного Бога.
 

chukchi_reader: (Resurrexit)


Прот. Александр Борисов

СЛОВО НА ПАНИХИДЕ В ДЕНЬ КОНЧИНЫ

СВЯТЕЙШЕГО ПАТРИАРХА АЛЕКСИЯ II

 

Дорогие братья и сестры!

Вы, конечно, все уже знаете, что нас постигло огромное горе: ушел из жизни человек, который был духовным отцом, духовным пастырем миллионов наших соотечественников, — Святейший Патриарх Московский и Всея Руси. Человек действительно крупного мирового масштаба, человек, который возглавил Церковь в ответственный и радостный период восстановления после семидесятилетнего пленения атеистическим государством. И Святейший Патриарх это прекрасно сознавал. Я очень хорошо помню, как в 1991 году, после попытки восстановления компартии — после августовского путча, буквально через 2–3 дня, когда было еще неясно, в какую сторону качнется чаша весов, в «Известиях» была его краткая статья о том, что строй, который в течение десятилетий держал Церковь в оковах, не давал людям естественного нормального права веры в Бога, строй, который унес миллионы жизней, разрушил тысячи церквей и монастырей, — строй этот рухнул. Слова патриарха были очень существенной поддержкой в то время, когда люди переживали новый период; это вносило в жизнь важное измерение духовного. Необходимо было задумываться: как страна начнет новую жизнь? И Святейший Патриарх выразил свою радость о том, что для Церкви открываются невообразимые прежде возможности.

Это был август 1991 года.

В дальнейшем Святейший Патриарх стал принимать деятельное участие в возрождении Церкви. Представьте: столько людей, которые приходят к нему с прошениями, инициативами, там и там открывают и восстанавливают приходы! И он все это успевал поддержать, все это держал в своей памяти, которая у него была совершенно точно феноменальной, — и направил огромную массу людей в русло созидания новой русской Церкви.

Я очень хорошо помню, как в те дни, спустя год или меньше, мне как депутату московского городского совета приходилось присутствовать на всякого рода встречах, официальных собраниях. Патриарх тогда говорил о том, что было у него на сердце, наверное, уже многие годы — чувствуя, что в Церковь придет много новых людей, которые принесут в нее свое пионерское, комсомольское, партийное прошлое, которые с теми же приоритетами будут входить в новую для них, еще незнакомую церковную жизнь. Он говорил, что в предыдущие десятилетия наши братья — западные христиане —  оказывали нам огромную помощь и поддержку. Благодаря их поддержке сотни храмов и десятки монастырей остались открыты. Государство было вынуждено хотя бы делать вид, что оно поддерживает Церковь, налаживать какие-то связи. Но за этим стояла очень важная для Церкви помощь церковной жизни, которая была тогда непростой. Даже после хрущевских гонений, даже во времена Брежнева тяжелая рука государства лежала на Церкви и держала ее не то что на коротком, на кратчайшем, можно сказать, поводке. И вот в эти наступившие новые дни наш Патриарх говорил о том, что десятилетия наши западные братья-христиане нам помогали, поддерживали, благодаря им мы могли сделать многое, что без их помощи было невозможно. Но вот сейчас, когда мы получили полную свободу, что будет правильно: сказать, что вы нам больше не нужны? Или сказать: нет, вы наши братья и сестры, и нам есть что сказать окружающему нас языческому миру на Востоке, на Западе, сказать свое христианское слово. И это было его искреннее устремление, которое не получило, к сожалению, поддержки большинства в Церкви, большинства, которое пришло в эти последние годы — не тогда, когда было трудно, когда это требовало пусть и не очень больших, но все-таки жертв, — а когда это стало хорошо, престижно, когда это стало можно. И вот, эти люди, которые пришли Церковь, — они пришли со своей же пионерской, комсомольской, партийной идеологией: что мы самые лучшие, что мы окружены врагами и так далее, и так далее: во всех чуть-чуть не похожих на себя видеть прежде всего врага, а уж потом разбираться, что к чему. Для Патриарха было очень трудно этому противостоять.

Всё время надо было сохранять это единство от тех людей, которые несли безудержную критику вынужденной позиции Церкви при советской власти (я не буду называть имена известных депутатов-священников). Напротив — другой край: это борьба против новых паспортов, ИНН и проч. и проч., уже просто религиозное мракобесие.

И вот посередине — Святейший, который должен был  всё это сдерживать.

Он прекрасно отдавал себе отчет в том, что народ, пришедший вчера из комсомола и партии в Православную Церковь, к этому не готов… Не готов… Раскол, который возник на Украине: митр. Филарет (Денисенко) решил себя противопоставить Московской Патриархии, потому что он сам мечтал быть избранным на Патриарший престол. Недовольство, что выбор пал на другого, привело его к тому, чтобы провозгласить свою церковь — украинскую (очень немногочисленную). Этот раскол повлек за собой множество нестроений и, в общем-то, даже насилия. Наш о. Виталий, который сейчас служит священником в Люблино, об этом немало рассказывал: его отец [протоиерей МП РПЦ, служащий на Украине] был одним из объектов нападок для этих людей, которые причины всего зла на Украине видели только в «москалях». Так что нестроений было много, и трудных нестроений. И, тем не менее, большинство членов Украинской Церкви осталось в Московской Патриархии, большинство верующего народа шло за своим Патриархом.

И, конечно, не могу не сказать о том, какую роль в моей личной судьбе, в моем служении сыграл Московский Патриарх. После трагической гибели о. Александра Меня он тут же прислал телеграмму соболезнования. Нигде никогда Святейший Патриарх не дал никакой негативной или хотя бы сдержанной оценки о. Александра Меня. Он всегда говорил, что о. Александр — замечательный пастырь и что в его книгах нет ничего такого, что противоречило бы сути Священного Писания, хотя, конечно, всей полнотой Церкви (имея в виду ее, так сказать,  консервативную часть) его труды, может быть, еще и не приняты. Но — «надлежит быть и разномыслиям, дабы открылись искусные» — ссылался Святейший на слова ап. Павла. И в дальнейшем, когда мы, буквально через несколько месяцев после гибели о .Александра, просили восстановить этот приход именно здесь, — Святейший Патриарх прекрасно знал, что мы с о.Александром были близкими и давними друзьями. Святейший благословил нас на служение здесь.

Уже весной, в апреле 1991 г., когда мы — группа, которая составила собой «двадцатку», будущее приходское собрание — обратились к Патриарху с просьбой передать вот этот храм, в центре Москвы, он тут же написал, что передает храм нашей общине и не возражает против того, чтобы при передаче храма священник Александр Борисов был настоятелем, а в мае 1991 г. уже издал указ о назначении настоятелем этой вновь созданной общины меня, недостойного.

И затем все наши инициативы, вся наша жизнь протекала под его благословением, о всех наших делах милосердия, служениях, поездках в Тэзе и т.д. мы, конечно, всегда испрашивали благословения Святейшего Патриарха, и он всегда нас поддерживал и благословлял…

И еще не могу не сказать о том, что он был человеком, который, несмотря на это официозное окружение, несмотря на свою — непомерную, конечно — занятость, огромное количество богослужений, которых он вел больше, чем рядовые священники на приходе, удивительным образом [всех помнил и] находил слова поддержки для каждого человека. Буквально в какие-то считанные секунды, когда на праздник подходишь к кресту, он обязательно скажет: «Передайте мое благословение всему вашему приходу! Как у вас там дела со стройкой?» или «Как там дела с изданием якутского перевода?» (он знал об этом и благословлял мое участие в издании как Президента Библейского общества) — словом, он всегда в секунду вспоминал об этом человеке, который проходит перед ним — из сотен других! — и находил для него какое-то замечательное поддерживающее слово, а если нет возможности подойти близко, — то просто взгляд, добрую улыбку. Человек, который находил какие-то очень важные слова тогда, когда, казалось бы, можно этого и не делать. Помню, как я просил его отпустить меня на неделю перед Великим Постом немного отдохнуть на море. Он мог просто сказать «Хорошо», но он говорит — пустяк, но всё-таки: «Ну, хорошо, поезжайте — отдохните!» — т.е. он входит в ситуацию человека. Помню, когда я уже был здесь настоятелем, на праздник иконы Знамения Божьей Матери (10 декабря) в храме на Речном вокзале  служил Святейший, и я ему сослужил. Пока мы там готовились к службе, он говорит: «А ведь Вы здесь служили что-то около шестнадцати лет?» Я говорю: «Да, Ваше Святейшество, восемнадцать — со священническим [служением]» «Да… Вам, наверное, всё здесь очень дорого, всё так важно, знакомо!» Это удивительные слова. Когда человек входит в положение другого — представляет, как тот здесь служил, находит слова, чтобы это сказать — конечно это совершенно удивительно.

Мне рассказывала одна наша прихожанка, как в тяжелый момент своей жизни она была в Донском монастыре, и как раз так сложилось, что Святейший там был: это был Великий Четверг, приготовляли миро, и Святейший благословлял перемещение его в Елоховский собор. Было множество народа, эта женщина и не думала подойти к нему, стояла где-то в стороночке, когда Патриарх мимо проходил. И вдруг он направляется именно к ней, благословляет и, положив руку, говорит: «Да, да, у Вас трудное положение, ну, Вы терпите — всё устроится и всё будет хорошо». Она чувствует: как будто какой-то столб тепла окружил ее! Она и стоящий рядом милиционер — они оба заплакали о радости, от счастья, от того, что Святейший обратился к ним. Причем, эта женщина — очень спокойный, уравновешенный человек. У Святейшего действительно был этот дар душевной теплоты, которую он мог передать человеку за несколько секунд. Эта женщина, которая пришла с тяжелым переживанием, этот милиционер, который просто рядом стоял, — они это почувствовали и вот так, удивительным образом, помнят многие годы. Такой у него был действительно замечательный дар: словом, улыбкой, какой-то поддержкой он передавал человеку ту благодать, которая была у него как у Главы Церкви, и человек действительно понимал, что он связан со всей Церковью, что его заметили, его знают, его понимают — краткое мгновение, которое запоминалось на многие годы, на всю жизнь.

(Я не рассказывал о многих других встречах со Святейшим, которые мне как депутату удалось пережить. Мы встречались с ним вроде бы для краткой беседы — а беседа продолжалась полтора часа один на один в его кабинете; мы встречались при перенесении мощей Серафима Саровского, и всякие другие были обстоятельства, когда нам с ним действительно доводилось говорить довольно долго.)

 

Вот такой удивительный человек ушел из жизни.

Конечно, это утрата, которая едва ли восполнима; конечно, это огромное для нас горе и печаль. И в то же время радостно, что такой человек был во главе нашей Церкви.

Это великое счастье, что мы были знакомы, знали, что такой человек руководил нашей Церковью в это ответственное время.

И, конечно, не могу не сказать о том, что всё-таки это великая милость Божия, что он ушел из жизни легко.  Еще вчера он служил, и говорил слово, и голос был бодрый — всё было хорошо. И вот так ушел из жизни. Это лучше, чем когда человек прикован к постели и много лет лежит. Вот сейчас Патриарх Сербский Павел: ему 95 лет, и уже 5 лет люди не понимают: осознает ли он вообще, что происходит вокруг, или нет? И то ли избирать [нового патриарха], то ли нет…

Так что такой христианской кончины, которой мы просим, — безболезненной, непостыдной, мирной — удостоился Глава нашей Церкви. Конечно, не такой уж и возраст большой: 79 лет. Это не мало, но, с другой стороны, мы знаем, что Алексий I ушел из жизни в 93 года, и мог бы еще Святейший быть с нами. Но он был человеком, который отдавал себя всего! Отдавал служению, работе, встречам — всему, никогда практически не считаясь с усталостью. Только в последнее время он по настоянию врачей уходил в краткие отпуска — на неделю, на две. Видимо, не случайно — видимо, действительно здоровье давало о себе знать…

Помолимся об этом замечательном человеке.

Нам посчастливилось жить рядом с замечательной исторической личностью — даже так можно сказать; мы — современники такого удивительного человека! Мы пришли в те годы, когда Церковь им возглавлялась. И очень важно, чтобы всё то, что мы знали, личные встречи — Патриарх здесь у нас трижды совершал служение и два раза посещал нас в праздник Великой субботы — это тоже великая честь и какая-то важная с ним связь. Помолимся об этом замечательном, удивительном человеке — чтобы та благодать, которая так обильна была в нем при жизни, чтобы его молитвы и после его кончины нас поддерживали. И я не сомневаюсь, что так оно и будет. К нему, не сомневаюсь, будут обращаться миллионы людей — как было при его жизни, так будет и после его блаженной кончины. Помолимся.

* * *

Знаете, когда мы сейчас молились, мне пришло на сердце, что я никогда не мог себе представить, что придется молиться об упокоении Святейшего. Мне всегда казалось, что он будет жить еще, по крайней мере, лет до 90 уж точно. Закончилась одна эпоха, эпоха жизни нашей Церкви, возглавляемой этим великим человеком. Будем молиться о нем и помнить его, и будем его просить молиться о нас — чтобы Церковь, в которую он вложил столько труда, вложил всю свою жизнь; Церковь, в которой его Господь так обильно благословлял удивительной благодатью общения, любви — этими редкими дарами для человека, — чтобы она шла вот этим путем, золотым путем середины, обходя все трудности, соблазны, нестроения; чтобы то, о чем Святейший всегда говорил: что главное — сохранить единство Церкви — чтобы мы это понимали. И не только понимали, но старались всеми нашими усилиями этому содействовать.

Пусть Господь благословит всех вас!

Теперь, по уставу, принятому Собором 1917 г., в случае кончины Патриарха Церковь временно возглавляется местоблюстителем до того времени, пока Поместный Собор нашей Российской Церкви не изберет нового Патриарха. Это избрание должно состояться не более чем в течение полугода. То есть к маю месяцу Собор уже должен состояться, и будет избран преемник Святейшего Патриарха Алексия. Будем молиться о том, чтобы преемник Святейшего Патриарха был достойным продолжателем его великого труда, его святого дела созидания Церкви и спасения людей.

Надо сказать, что только в такие минуты мы особенно глубоко понимаем значение Церкви, значение того, какое великое благо то, что мы имеем это место встречи с Богом, мы имеем место, где в самые трудные моменты нашей жизни мы можем собраться, быть вместе и, по слову Господа, «где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них». Господь сегодня среди нас, собрал нас всех. Пусть Он дарует нам силы и мудрость, чтобы продолжать наш путь за Ним, продолжать так, как трудился и наставлял свою Церковь наш незабвенный, горячо нами любимый Святейший Патриарх Алексий.

Спасибо всем!

5.12.2008

Москва,

Храм свв. бесср.
Космы и Дамиана в Шубине

chukchi_reader: (Resurrexit)

26.04.2008, Великая суббота. В последний раз у нас


Из ленты, [profile] ermsworth  :

"А мне, признаться, этот больной человек в тяжелых византийских одеждах чаще казался не "священной фигурой", а мальчиком для битья. Причем, со всех сторон. Одни — за речь перед раввинами, другие -- за инертность в реформах, третьи — за "грех экуменизма", четвертые — за объединение с "зарубежниками", пятые — за то, что не так и не с теми объединился, шестые — за то, что не выступил "против", седьмые — за то, что не "за"... Я же доподлинно знаю (повторю то, что писала уже
[profile] kruglov_s_g ) , что новопреставленный Патриарх делал все возможное, чтобы защитить и поддержать тех священников и приходы, где, несмотря ни на что, пытались сохранить здравый смысл и живую, здравую веру."
(Отсюда)

Подпишусь под каждым словом.
И так же доподлинно это знаю...
Спасибо ему!
chukchi_reader: (Resurrexit)

Священник Владимир ЛАПШИН

Я ПОМНЮ ЕГО СТРАДАЮЩИМ

Выступление на вечере памяти о. Георгия Чистякова
в Библиотеке иностранной литературы,
23.06.2008

Дорогие мои, я должен перед вами повиниться. Я не то чтобы не готовился к этому вечеру, но я не подготовился. Несмотря на все праздники, события, которые происходили, я мысленно обращался к этому дню, к сегодняшнему вечеру и думал: ну что я могу сказать такое об отце Георгии, чего бы люди не знали, что-то совсем новое. И понял, что ничего такого я сказать не могу. То, что вы знаете, что вы видели, то, что вы помните, — помню и я то же самое.

Помню, как его терзали любимые им и, наверное, любящие его духовные чада, претендуя на абсолютное безраздельное обладание им. А он не умел отказывать, всегда был открыт. Я помню, как он страдал от разномыслия, разногласий, размолвок, которые были между нами, священниками, несмотря на то, что мы были друзьями. Я помню, как он страдал от проблем, которые возникали в «Русской мысли», потом — когда он был вынужден уйти с Христианского радио. Я помню, как он страдал от собственных болезней, как я ночью просыпался и видел его работающим, сидящим за компьютером — не потому, что у него катастрофически не хватало времени, и не потому, что он был необыкновенно работоспособен; он просто не мог заснуть, у него болело все тело, он не мог спать и, чтобы не тратить время впустую, сидел и работал. Я помню его у постели умирающей девочки в детской больнице (кажется, ее звали Оксана). Она много месяцев ждала почку; наконец, почка нашлась и пришла, ей сделали операцию, но операция оказалась неудачной, она умирала и страдала. И он рядом с ней страдал и умирал. После этого столько еще было умираний…

Наверное, в его жизни, как и в жизни каждого человека, были минуты радости и даже веселья. Он умел радоваться, и даже на этой фотографии, на одной из последних, когда он вообще уже был смертельно больным, он улыбается. Но я помню его смертельно страдающим. Я его помню страдающим и сострадающим Христу, или, как говорил апостол Павел, восполняющим меру страданий Христовых.

И в связи с этим мне хочется рассказать один случай, который вы не знаете, хотя в нем нет ничего такого особенного. Вскоре после рукоположения отца Георгия, когда он был еще начинающий священник, я бежал в храм Космы и Дамиана, шел с Пушкинской, дворами — там есть к храму проход. Были какие-то непростые жизненные обстоятельства, и вот, на меня что-то снизошло, и я почувствовал себя страшным грешником и понял, что индивидуально мне нет прощения, нет спасения, и Господь милостив, Он хочет, чтобы я жаждал, чтобы я желал, чтобы все спаслись. Чтобы я желал этого, чтобы я молился, чтобы я служил так, чтобы все спаслись. Тогда Господь, когда будет всех спасать, Он и меня спасет. И это было такое откровения, это была такая милость Божия, что когда, подбегая к храму Космы и Дамиана, я встретил отца Георгия, я тут же с ним поделился этим. Тогда еще не было опубликовано книжек Антония Блума, воспоминаний архимандрита Софрония Сахарова о старце Силуане, размышлений самого старца. Вычитать этого я еще ничего не мог, для меня это было откровение. Я ему об этом стал рассказывать, а он улыбнулся и так просто сказал: да, я это знаю. И мне это было настолько удивительно, и даже обидно как-то стало: он — такой молодой, и по возрасту моложе меня, и священник еще совсем молодой, а он это знает. То, что для меня откровением было, он это знает. Я даже как-то засомневался, правильно ли он понял меня и правильно ли я его понял. А потом, живя рядом с ним (в храме мы в одной комнате спали), служа рядом с ним, я понял, что вся его жизнь, всё его служение были воплощением этого знания. Он действительно всё это знал и осуществлял в своей жизни...

Это всё, что я хотел вам сказать об отце Георгии.

 

chukchi_reader: (Resurrexit)


о. Александр Борисов на панихиде по о.Георгию 22.06:

«Его служение и жизнь подобна яркому свету кометы, которая пронеслась быстро и ушла в вечность, но свет этот остался для всех, кто хотя бы немного знал о.Георгия. В его личности удивительным образом сочетались ученый, пастырь и замечательно отзывчивый человек, который откликался на каждую нужду, старался помочь… Его служение, которое он совершал из последних сил, было примером того, как человек максимально использует те ресурсы, которые даны ему Богом. А ему были даны необычайные дарования: прекрасная память, прекрасные способности, открытое горячее сердце, но что касается физического здоровья, то тут все было на пределе, и этот предел он использовал ровно на 100%...

Есть какая-то символика в сегодняшнем дне: о.Георгий ушел 22 июня, в самый длинный день в году, когда света больше всего на земле, как бы символизируя, что он нес Божий свет. И сегодня день Всех святых, очень значимый для нас, мистически наполненный день. Это тоже в какой-то мере направляет наши мысли о месте о.Георгия в глазах Божиих. В глазах человеческих оценки могут быть иными, но Божья оценка для нас самая важная…

Помолимся о нем, используя эту замечательную привилегию: продолжать любить наших ближних, когда они отсутствуют в видимом для нас мире, чтобы эта связь продолжалась, чтобы его слова жили в наших сердцах, воплощались в наших делах, мыслях и поведении».

chukchi_reader: (Resurrexit)


Сегодня — полгода со дня ухода отца Георгия.
И все сильнее ощущается его НЕуход.


chukchi_reader: (Resurrexit)

а на самом деле — о самом себе:

"...люди, которые узнают о. Александра по его книгам, начинают любить его как человека — не только как мыслителя и писателя, но, прежде всего, как пастыря. И это все по той же причине: потому что писатель не отделим в нем от священника, ученый — от пастыря. Он вкладывал в свои книги очень много своего личного чувства, своего понимания, своей веры.
Например, книги о. Георгия Флоровского, замечательного писателя и выдающегося богослова, также читаются многими людьми, но о самом о. Георгии из этих книг узнать ничего невозможно, для этого нужно читать воспоминания о нем близких людей, письма и т.д.
Что же касается о. Александра Меня, то, читая его книги, даже впервые, многие люди устанавливают с ним личную связь, ощущают присутствие его личности, начинают чувствовать его как человека. При этом его книги дают им реальные знания — знания не устаревающие".

Выступление на вечере памяти о. Александра Меня,
22.01.2000 г.

chukchi_reader: (Resurrexit)
В храме пусто. В углу под мозаикой свв. бесср. Космы и Дамиана снова стоит высокая белая копилка с той же фотографией отца Георгия: прежде деньги собирали на лечение, теперь на памятник.

Большие фотографии отца сиротливо стоят на столах в притворе  — цветов возле них уже нет.

Настоятель уехал продолжать прерванный отпуск. Все разбрелись кто куда из Москвы, как и положено в июле.

Жизнь теплится наверху,  в пристройке.
Фонд о.А.Меня переиздает книжки отца Георгия, сегодня принесли первую верстку.
В компьютерной комнате с трех мониторов говорит отец Георгий — разного возраста: чуть за сорок, худенький и подвижный; немного посолидневший сорокашестилетний: идет оцифровка лекций Православного университета (к счастью, заснятых почти полностью), каких-то встреч, интервью. Кое-что уже продается в киоске на DVD.
Проповедей на видео писали мало. В последние годы — больше, да только служил он гораздо меньше...
chukchi_reader: (Default)
Разместила pdf-файл спецвыпуска нашей Приходской газеты, полностью посвященного памяти о. Георгия Чистякова.                                                                                                                                                                                                                                                        
chukchi_reader: (Resurrexit)
ЧТОБЫ ЕГО ВСЕОПАЛЯЮЩЕЕ ПРИСУТСТВИЕ
ДАВАЛО НАМ ДЕРЗНОВЕНИЕ ВЫРАСТАТЬ ИЗ НАШИХ СЛАБОСТЕЙ

В сегодняшнем Евангельском чтении мы видим, как люди спускаются в воды Иордановы и крестит их Иоанн Креститель. И вот, одним из этих людей становится Иисус. Он — не над ними, Он приходит к ним не для того, чтобы быть вождем или полководцем, не так, как предполагали и мечтали в древности: что придет Мессия, придет Христос, чтобы пасти народы жезлом железным (Пс 2, 9). Нет, Он приходит именно как один из них, как один из нас.

Проповедь в Праздник Крещения Господня,
19 января 1996 г.

chukchi_reader: (Resurrexit)

Священник Владимир ЛАПШИН

СЛОВО ПРОЩАНИЯ У СТЕН ХРАМА

26.06.2007

Здесь собрались люди — сотни, тысячи человек, великое множество которых не смог вместить этот не самый маленький в Москве храм. Собрались священники, которые приехали не по звонку благочинного, которых никто специально не звал. Собрались для общей молитвы.

Но что наша молитва, когда в это время вместе с нами на небесах ликовал хор ангелов и архангелов, ангелов-хранителей маленьких пациентов Российской детской клинической больницы — десятков, сотен, а может быть, и тысяч детишек, отмоленных отцом Георгием, вымоленных им — тех, чью жизнь он спас, приняв на себя их болезни, понеся их страдание.

И когда такой хор, такое ликование на небесах, ну как тут печалиться? Радость, радость: Христос воскрес, и отец Георгий воскреснет, и отец Георгий жив.

Мы говорим: умер, не стало, ушел… Ну что значит ушел? От кого он ушел? От нас разве можно уйти? Мы его и там достанем!

Что значит не стало? Для кого его не стало? Для нас не стало? Неправда! Для Бога не стало? Тоже неправда! Что значит умер, если смерти нет, если Господь воскрес и смертью смерть попрал? Что значит: «он умер»?..

Так что давайте будем радоваться! Будем радоваться, что у нас на небесах стало одним предстоятелем больше, одним молитвенником за нас, грешных, стало больше перед престолом Божьим. Пусть радость переполняет ваши сердца!

chukchi_reader: (Resurrexit)
Прот. Александр БОРИСОВ
СЛОВО НА ЛИТУРГИИ
26.06.2007

Во имя Отца и Сына и Святого Духа. При всей своей ужасающей трагичности смерть подобна последнему удару резца скульптора, когда произведение его уже закончено. И вот когда Господь призывает человека, особенно такого яркого, талантливого, который так много в своей жизни принес замечательных плодов, его кончина действительно позволяет увидеть его, служителя Божия, священника, христианина в полном расцвете его как создания Божия. Отец Георгий удивительным образом сочетал в себе высочайшую культуру, высочайшую эрудицию, знание современных европейских и древних языков, блестящее знание классической литературы — и, конечно, современной; человек, который удивительно быстро читал и обладал поразительной, феноменальной памятью. И всё это он принес в служение Церкви.

 

chukchi_reader: (Resurrexit)
Прот. Александр БОРИСОВ
СЛОВО НА ПАНИХИДЕ ПО ОТЦУ ГЕОРГИЮ ЧИСТЯКОВУ
25.06.2007
Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Мы провожаем в последний путь христианина, замечательного священника, замечательного человека отца Георгия. И конечно два чувства соединяются сегодня вместе. Первое, самое сильное, наверное, — горестное чувство утраты, что мы не увидим отца Георгия на службе, не сможем подойти к нему на исповедь и за утешением, не услышим его замечательные проповеди. Храм Покрова в Российской детской клинической больнице будет лишен своего основателя и человека, который был душой этого замечательного и героического служения.
Но я хочу, чтобы мы все-таки не забывали и о другой стороне события, переживаемого нами сегодня, — о благодарности за то, что мы встретили этого человека в нашей жизни; о благодарности за то, как много он сумел нам дать, как многому сумел научить, как много осталось от него не только в наших сердцах, но осталось в написанных им книгах, проповедях. И всё это будет продолжать жить и совершать свою работу, как посев, который Господь дал ему содеять за такую сравнительно короткую жизнь.
И нам очень важно сейчас не только погружаться в это безысходное горе, но и стараться воскресить в себе всё то самое главное, самое нужное, чем жил отец Георгий: противостояние всякой ненависти, всякому разделению, всякому превозношению; противостояние всякому злу, вплоть до такого крайнего почти бунта: почему уходят дети?

И вот этот дивный человек от нас ушел. Излишне напоминать о том, что, конечно, он не ушел в том смысле, как исчезает из жизни что-то материальное. Человек как существо, облеченное образом Божиим, Духом Божиим, переходит в другое бытие. Из этого бытия он видит нас и молится о нас. Неслучайно он некоторым людям говорил: я буду молиться за вас и далее. Это, несомненно, так. Поэтому важно, чтобы в нашей скорби присутствовали удивление и благодарность Богу: «Дивен Бог во святых Своих, Бог Израилев». Я имею в виду святых не канонизированных, а святых как людей, которые являют принадлежность Богу, для которых Бог, Его правда, Его жизнь были содержанием их существования. Таким был отец Георгий.

 

Он так удивительно умел сочувствовать, сопереживать всякому горю, которому даже нельзя помочь словами. Думаю, что этому он нас всех учил, и в какой-то мере, я думаю, мы этот урок его восприняли. Поэтому я бы очень хотел, чтобы в тех молитвах, которые мы будет сейчас возносить, присутствовала и вот эта радость — как некое, я бы сказал, удивление, что Господь дарует таких замечательных людей на нашем жизненном пути.
chukchi_reader: (Default)
Из чьих-то комментов в ЖЖ:
                                   "Наша личная рухнувшая берлинская стена - Ельцин на танке."

да, именно так
chukchi_reader: (Остров_сосны)
Борис Николаевич Ельцин.
Единственный президент, за которого в моей семье голосовали.
Пока он был жив, было ощущение тоненькой нити, которая, несмотря ни на что, все еще тянется к нам с августа 1991-го...

"Сейчас в голову лезут уже какие-то, может быть, странные мысли: как провел он последние дни и о чем думал. <...> Очень хотелось бы узнать, что думал он о происходящем в стране по воле тех людей, которым он собственноручно вручил власть. Но видимо его молчание было частью негласного, а возможно и прямого соглашения с этой властью. Сейчас, когда демократы лихорадочно и безуспешно ищут человека, вокруг которого могли бы сплотиться, Ельцин мог бы стать хотя бы их моральным лидером. Но не стал. Однако и за это упрекать его не стоит. В конце концов, он главное дело своей жизни сделал, сдвинул эту махину с места. Просто жаль, что не нашлось рядом людей, более молодых и здоровых, которые смогли бы продолжить все то хорошее, что было при Борисе Николаиче. Жаль, что сейчас нам все чаще кажется, будто все было впустую, и все возвращается назад. А еще очень жалко Наину Иосифовну, эту прекрасную мужественную женщину, всегда бывшую рядом со своим мужем..."
Антон Орех, комментарий на "Эхе Москвы"

Profile

chukchi_reader: (Default)
chukchi_reader

September 2011

S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
181920 21222324
252627282930 

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 24th, 2017 12:11 pm
Powered by Dreamwidth Studios